«Закон суров, но он закон!».
Марк Цицерон.
Такого принципа придерживались в СССР при Сталине, но до определенного предела. В тех же штрафбатах в годы ВОВ отбывали наказание и дрались с врагом разжалованные командиры полков, бригад. Один из них – комполка Федор Ячменёв дважды попадал в штрафбат. Воевали и комдивы, только в звании не выше полковника, в частности, Михаил Евстигнеев. А вот генералам придумывали иные формы отбытия наказания, хоть их также лишали званий и приговаривали к реальному сроку. Дальше же шли иным путем – порой унизительным, но не таким опасным, как штрафбат.
В большой излучине Дона
Николай Москвин к началу ВОВ занимал должность начштаба Харьковского военного округа. С ноября 1941 г. по май 1942 г. он командовал 58-й армией, которая базировалась в Архангельской области. В её обязанности входила охрана побережья Белого моря. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы немцы высадили там десант. В июле 1942 г. генерала назначили начальником штаба новой, огромной по численности 62-й армии. Она должна была остановить наступление немцев на подступах к Сталинграду в большой излучине Дона.
В начале августа половина армии была окружена и разгромлена. В результате десятки тысяч человек погибли, а 50 тыс. попали в плен. Произошло это из-за низкой квалификации советского командования, прежде всего комфронта генерала Гордова (в 1950 г. его расстреляли за антисоветские разговоры) и начштаба фронта генерала Никишова. Последний показал свою полную некомпетентность и по требованию Жукова был изгнан со штабной работы (в дальнейшем трудился преподавателем в Военной академии).
Москвин также действовал не лучшим образом. Взаимодействие с соседней армией практически отсутствовало, как и с танковыми корпусами. Управление частями 62-й армии было утеряно. В результате Николая сняли с высокой должности и понизили до командира несчастливой 147-й дивизии.
Вольхин: из рядовых в замкомполка
147-я дивизия входила в состав 62-й армии и была полностью разгромлена в большой излучине Дона. Из окружения к середине августа небольшими группами вышло всего 170 бойцов. Остальные 9400 либо попали в плен, либо погибли. Комдив генерал Александр Вольхин спасся, но тут же был арестован и приговорен к расстрелу за «измену Родине и за переход на сторону врага». 11 декабря 1942 г. Президиум ВС СССР заменил ему расстрел на 10 лет лагерей с отсрочкой наказания до конца войны. При этом он лишил Александра звания генерал-майор и наград.
Уже 31 декабря 1942 г. красноармейцу Вольхину присвоили звание майора и он отбыл на фронт, где занял должность заместителя командира 927-го полка. Через месяц Александр возглавил данный полк и ему присвоили звание подполковника. 9 марта 1943 г. за освобождение города Сычёвка с Вольхина сняли судимость. В августе он возглавил 251-ю СД, которой командовал смело, решительно и энергично.
В январе 1944 г. Александру Алексеевичу вновь присвоили звание генерал-майора. Он и в дальнейшем действовал блестяще, за что был награжден 5 орденами. А вот Золотую Звезду ему, как судимому не дали и после ВОВ всячески третировали. Хоть в гибели дивизии в августе 1942 г. он был в принципе невиновен, просто обстоятельства оказались сильнее его.
Красноармеец – командир батальона и полка
Генерал Москвин приступил к обучению 147-й дивизии, которую вывели в тыл и укомплектовали. В декабре 1942 г. часть перебросили на Волховский фронт под Ленинград. 19 января 147-я дивизия в ходе операции «Искра» должна была захватить окраину Синявино, но не выполнила задачу и в панике бежала. Москвина же за плохое взаимодействие родов войск; ужасную организацию связи и за то, что он не указал частям границы наступления Трибунал фронта приговорил к 10 годам лагерей и лишил звания генерал-майора.
Его разжаловали в рядовые, вот только в штрафбат Москвина не отправили, как поступали с полковниками. Ибо решение об этом принимали генералы, а они не хотели создавать прецедент. 1-го февраля Николай был назначен заместителем комбата 641-го полка, а через пару дней он возглавил батальон, так как предыдущий командир погиб. 4 марта выбыл комполка и Москвин возглавил полк, при этом он де-факто являлся рядовым, что было абсурдом.
«Поэтому в марте 1943 г. приказом Волховского фронта № 0225 Москвину было присвоено воинское звание «майор»».
Денис Соловьев, «Командиры дивизий РККА 1941-1945 гг.», Том 43.
27 июля 1943 г. Трибунал Волховского фронта освободил Николая Афанасьевича от отбытия наказания. Он снова получил погоны генерал-майора, так как Совнарком лишение его звания не утвердил. В январе 1944 г. Москвина назначили на административную должность в тылу – замначальника штаба ПрибВО. Тут он был в своей стихии. А вот назначение его начштаба 62-й армии и комдивом было ошибкой. Иное дело Вольхин. Но в целом их судьбы похожи и уникальны. Они единственные в своем роде.
Поделиться:
