Как известно, главную роль во Второй мировой войне играли танки. Это была «война моторов». Значит, именно советские танкисты внесли наибольший вклад в нашу победу. И прежде всего командиры танковых соединений: Катуков, Рыбалко, Кравченко, Якубовский. Все это легенды из легенд. Но в моем списке лучших никогда не будет маршала Ротмистрова – фигуры перехваленной и распиаренной.
Воевал он преимущественно плохо. Летом 1944 года командующий с позором был изгнан из действующей армии. В чем он преуспел, так это в переписывании истории войны, став Главным маршалом бронетанковых войск в 60-е годы. А теперь я расскажу о том, как он сражался с врагом и что натворил летом 1944 г.
В 1941 г. Ротмистрова спас от расстрела Ватутин
В сентябре 1941 г. Павел Алексеевич возглавил 8-ю танковую бригаду. Командовал он ей неплохо. Наверное, это и был его уровень. Однако именно там произошел один случай, определивший его дальнейший стиль командования. В октябре 8-я ТБр вела бои восточнее Калинина и едва не попала в окружение. Немцы обошли ее справа. Ротмистров же без приказа отвел бригаду в район Лихославля. За это комфронта Конев приказал комбрига арестовать и отдать под трибунал.
Расстрел был неизбежен, но Павла неожиданно спас Ватутин. Он командовал группой, в состав которой входила бригада. С тех пор Ротмистров всегда и любой ценой старался исполнить приказ командования, даже если он был абсурдным. Жизни простых бойцов он больше не жалел.
В сентябре 1942 г. под Сталинградом Павел первый раз отличился со знаком минус. Он командовал 7-м танковым корпусом и за несколько дней боев умудрился потерять 156 танков. 19 сентября в строю осталось лишь 17 машин. А почему? Корпус атаковал врага бесхитростно в лоб. Разве у Катукова подобное было возможно?
Но судьба вновь благоволила полководцу. Его простили. К тому же в декабре он отличился со знаком плюс. После пополнения 7-й ТК вошел в состав войск, что не дали вражеской группе «Дон» деблокировать 6-ю армию Паулюса в Сталинграде. Павла наградили орденом Суворова и вскоре назначили командующим 5-й Гв. танковой армии.
Антигерой битвы под Прохоровкой
До конца 50-х годов битву под Прохоровкой в СССР предпочитали не вспоминать. Летом 1943 г. правительственная комиссия оценила ее, как «образец неудачно проведенной операции». Потери советских танков сочли немыслимыми. Они были вдвое больше немецких. Сталин был в бешенстве. Ротмистрова спасло лишь заступничество Василевского.
Начальник Генштаба чувствовал свою вину в неудачах 5-й Гв. ТА под Прохоровкой. Это он утром 12 июля 1943 г., как представитель Ставки, отдал приказ командарму атаковать. Ибо сам струсил и не решился спорить с Верховным. А в конце 50-х Ротмистров выдумал легенду о «встречном танковом сражении», в котором вермахт потерял 400 танков.
На самом деле наша бронетехника атаковала на поле шириной 4-5 км, расположенном между рекой Псёл и железнодорожной насыпью. Поле все было изрезанно оврагами и рвом. Немцы же их били из засады, сосредоточив на километр 55 пушек и около 40 боевых машин. А всего танков и САУ в сражении участвовало 720: наших 514 и немецких 206.
Потери составили: РККА – 340 танков и 17 САУ, 7 тыс. раненых и погибших; фашисты – 80 танков и САУ (безвозвратные– 20), 840 погибших и раненых. Вот горькая правда о битве под Прохоровкой!
События лета 1944 года
В ходе операции «Багратион» Ротмистров продолжал командовать 5-й Гв. ТА. Она входила в состав 3-го Белорусского фронта. До этого 3-я Гв. ТА наступала в Румынии, но её специально перебросили на 80 эшелонах (?!) в Белоруссию. Там она должна была стать главной ударной силой и ей доверили освобождать Минск.
В составе армии сражались 3-й Гв. ТК и 29-й ТК. 29-й корпус, которым командовал генерал Фоминых, получил приказ: за 2 дня форсировать Березину и захватить Борисов. Перед началом операции – 23 июня в корпусе насчитывался 201 танк, а к 28 июня остался 71. Приказ он не выполнил и перешел к обороне. В тот же день появилась Директива Ставки № 220124:
«Ставка недовольна медленными и нерешительными действиями 5 Гв. ТА и относит это к плохому руководству ею со стороны тов. Ротмистрова».
А. Шарипов, книга «Черняховский».
В итоге Борисов захватила 11-я армия и 3-й Гв. ТК. А 29-й ТК к тому времени даже не форсировал Березину. Главную роль в освобождении Минска сыграл легендарный 2-й Гв. ТК. Тот самый, что уничтожил аэродром у станицы Тацинской под Сталинградом в декабре 1942 г. Он в состав 5-й Гв танковой армии не входил. Общие же потери армии Ротмистрова в ходе Минской операции составили: 29-й корпус – 160 танков, а 3-й гвардейский – 134. Или 294 из 412! А противостояла ей и 2-му Гв. ТК (210 машин) 5-я танковая дивизия вермахта. В ней насчитывалось всего 160 танков. Из них 40 – «Тигры».
Затем последовало взятие Вильнюса. 12 июля он был освобожден. К тому времени в 29-м корпусе оставалось 19 танков, а в 3-м Гв. ТК – 24. После чего в корпуса пришло пополнение. Также часть машин смогли отремонтировать сами. 1 августа в 29-м ТК насчитывалось 108 единиц бронетехники, в 3-м Гвардейском корпусе – 145 (всего 253). Однако к 8 августа в ходе Каунасской операции потери 5-й Гв. ТА составили 217 танков. Из них 138 безвозвратно.
Тут уж комфронта Черняховский не выдержал. Он добился согласия Ставки и с позором снял Ротмистрова с командования. По сути тот получил волчий билет и больше его к действующей армии не подпускали. Павла Алексеевича даже собирались отдать под трибунал, но его спас Хрущев.
Поделиться:
